mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Наш Донбасс.

Фащевка, Чернухино, Малоивановка, Зоринск. Сердце  Донбасса. Места, где сейчас идут ожесточенные бои. Возле каждого села остатки былых шахт. Один или несколько старых терриконов. Бывшие шахты. И люди, которые работали или работают на шахтах. Поколения шахтеров - крестьян. Работа на шахте и жизнь дома, по крестьянскому укладу. И навыки нелегкого шахтерского труда от деда к отцу, от отца к сыну. Начиналось это с "копанок", потом шахты росли и взрослели. Про копанки начали забывать, шахты уходили вглубь и вширь, необходимость в них исчезла. Копанки эти стали стратегическим народным запасом, на случай войны и бедствия, как сейчас.

Мои знакомые, несколько семей, которые обьединились, разведали одну такую копанку. Было это в лихое время, время руины. Средина девяностых годов. Они к своей шахте относились очень бережно. Обеспечивали только себя и односельчан углем. Сами добывали, никого туда не пускали. Только для односельчан ставили условие что бы, кто то из тех, кому нужен был уголь, работал с ними. Уголь на сторону реализовыали только после длительного обсуждения и только через надежных людей. Очень берегли свою шахту. Потом пришли "правильные" люди и теперь, до войны, уголь гребли из таких шахт - копанок взахлеб. Им абсолютно было наплевать, что будет после них. Может то, что сегодняшняя война этих хапуг разогнала, есть маленкий положительный момент, может.

Работали эти шахтеры - крестьяне очяень рационально очень квалифицированно. Ведь навыки нелегкого труда им передавались по наследству.

"Начальник дай отгул, сено надо заготавливать, коровы дома, кушать им зимой надо." А что, надо ли это было говорить начальнику, когда у него те же коровы и то же сено надо заготавливать?  Крестьяне -шахтеры, крестьяне - десятники, крестьяне - начальники.
"Начальник дай отгул, не дашь, пойду куплю больничный, все равно косить буду" И покупали. И не только больничный, но и в последнее время целые больничные палаты. У одного директоры шахты был друг детства, главврачь дурдома. Он директору справку выправил, что он дурак.Он по этой справке слегка куролесил на шахте, а как какая проверка - нырь сразу в дурдом. Там у него персоснальная палата была. Я дурак, что с меня взять? То же своего рода крестьянская смекалка.

И специфический шахтерский разговор, наполненный незвестными для многих словами. "Упряжка, коногонка, тормозок, паление." Во мне они сидят так крепко, что я их невольно применяю при общении с друзьями. И многие на меня смотрят с недоумением.

Была такая профессия на старых шахта, когда там все было на пупок - саночник. Были деревянные сани. В них из под лавы сыпали уголь. (сейчас даже в разговорах на добычных участках говорят - не сколько добыли за сутки, а - сколько  насыпали за сутки? Даже слово уголь при этом не упоминается, само собой подразумевается). И был человек, кторой эти сани таскал. Впрягался в них и на четырех костях вперед - назад. И смена у нас зовется не смена, а упряжка. Сколько у тебя упряжек за прошлый месяц?. А почему мне за прошлую упряжку ничего не заплатили?.. И я до сих пор употребляю это слово по инерции. И никто не понимает.

Уголь в лавах отбивали вручную. Если мягкий пласт - то обушком. Похож на небольшую кувалдочку, только с одной стороны конусный, не очень толстый и длинный стержень, как пика на отбойном молотке. Если твердый пласт, то забивали разные клинья, откалывали уголь большими кусками. Потом били сильно большие куски кувалдами. И основная пофессия тех, кто добывает уголь непосредственно в лаве на шахте, так до сих пор и называется - ЗАБОЙЩИК.

После определенного времени угольных разработок, в шахту опустили лошадей. Они таскали вагонетки с углем и породой и с различным материалом для работы. Представляю, какой духан там стоял, если даже сейчас там далеко не шанель. Лошадь жила там без выезда на верх. Подземные конюшни, подземная кормежка. На гору только помирать. К лошадиной оглобле цепляли лампу - керосинку. Она, буквально, светила лошади только под ноги, дальше ничего не было видно. Да и лошади это было не надо. Она за много лет и так все дороги сама знала. И сейчас головной светильник на каске шахтера выхватывает только узкий кусок подземного пространства и по старой памяти зовется коногонкой. Тормозни коногон, остановись, давай тормозок перекусим.

Потом появился на шахтах динамит. И появилась новая профессия. Раньше не было электродетонаторов, был огнепроводный шнур. И человек, который занимался этмим делом, обязан был перед поджогом этого шнура, сигналом предупредить окружающих. И он предупреждал зычным голосом - "палю". И так за ним и закрепилось прозвище - запальщик. Так оно вьелось и пережило многие поколения, что и сейчас никто мастера - взрывника так не называет. Сейчас для подачи -предупреждающего сигнала у него есть свисток, но и он до сих пор зычно кричит - ПАЛЮ! Буровзрывные работы на всех шахтах называют палением. Мастера - взрывники это запальщики. И их все до сих пор  не любят - они толстые и ленивые.

Мне довелось много поработать с крестьянами - шахтерами. Я ведь городской житель. И мне их поведение, отношение к труду, бросалось в глаза. Я многому научился у них, было чему. Вот зарядили забой взрывчаткой, отпалили. Проветрили и подошли смотреть. И сразу - "Ух хорошо! Кабанчиком лягло!" Это значит, что породу выбросило из горного массива строго посредине выработки. Равномерно распределило по длине. Лежит по средине правильным буртом. Как спина у кабанчика. Это значит что правильно пробурены шпуры, скважины малого диаметра, в которые закладывается взрывчатка. Это значит, что хорошо эти шпуры зарядили взрывчаткой и запыжевали глиняными пыжами. Это значит что правильно подобрана серия детонаторов по замедлению и они в правильном порядке , по сериям, один за одним, сработали. Если "лягло кабанчиком", то остается немного отгрести обушком (очень удобный интструмент, из далекого шахтерского прошлого) породу по бортам выработки и можно ставить ножки рамы крепи. И с верха кабанчика легко ставить верхнюю часть крепи - арку и быстро собрать комплект.

Труд в шахте очень тяжелый и очень однообразный. Оплата за этот труд, особенно в последнее время, не привязана к конечному результату. Оплата строго по ставке и премия. Премия, которая имеет тенденцию только к уменьшению. Премии в основном лишают, всю или часть. Из за того, что работа постоянно повторяется, ее многие знают. Постоянно ее делают одинаковым способом. И поэтому постоянная оплата за этот труд. Кажется при этом, что нет никакого простора для творчества и желания что то как то улучшить. Но это в корне не верно. Можно одну и ту же работу выполнять и шесть часов и пять часов и три часа часа. Надо только включать смекалку. И если эта смекалка не оплачивается дополнительно, то полежать лишние два часа, если ты проявил смекалку, и ничего не делать, то же стимул и еще какой!

Мы, шахтеры, большую часть своей активной жизни проводим в мире подземелья. Мы дети подземелья. Подземелье  - наш второй дом. Не каждого мир подземелья принимает в свое царство. Многих отвергает, некоторых убивает. А тех, которых берет в свои крепкие обьятья, этот мир держит очень крепко и не хочет отпускать. Ну и пусть! Мне это нравится!

Мы, дети подземелья, наравне с другими людьми, изменили мир, в котором сейчас живем - наш Донбасс. Построили его, украсили его, облагородили его. А сейчас в наш Донбасс вторгается орда чужаков. Убивает нас, разрушает наши дома и творенья наших рук. Они никогда не знали наш мир и не стремились нас узнать. Они не понимают его до сих пор. И не хотят понять. От этого у них к нам только ненависть и злоба. Они наивно полагают что нас можно покорить. Или убить. Наивные люди. Мы не сдадимся никогда!
Tags: Донбасс
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments