mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Idee fixe.

Любая война в конце концов заканчивается хоть худым, но миром. Когда нибудь она закончится и у нас. И если будет угодно судьбе и я доживу до этого счастливого момента,  соберусь на рыбалку, как до этого делал очень много раз, . Соберу рюкзак, приготовлю удочки. Проведу бессонную ночь перед рыбалкой, потому что мне, почему то в ночь перед рыбалкой, никогда не спится. Потом спущусь со своей   Камбродской горы на остановку пригородного поезда, на первый утренний дизель - поезд, идущий до Новой Кондрашовки. Зайду в первый вагон, сяду с правой стороны, у окошка. Что бы на следующей станции, Луганск Северный, посмотреть на несколько секций новых луганских тепловозов, выкрашенных в цвета Российской железной дороги, приготовленных для отгрузки и идущих туда, в Россию. Потом, когда буду покупать билет у проводницы, попрошу ее что бы она сказала машинисту об остановке на платформе Донец. Что там надо остановится.  После остановки перед мостом через Северский Донец, перед станцией Кондрашевка, я выйду. Выйду один. Потому что уже никто почти туда не ездит. Я поблагодарю машиниста. И он в ответ кивнет мне головй и пожелает удачной рыбалки. И я дойду до нашего места, а потом туда, через час придет Никитич. Который то же приедет первой маршруткой с Восточных кварталов. Маршруткой, которая ездит до села Веселенькое, недалеко от Донца. И Никитичь придет, слегка отдышится, потом предложит слегка позавтракать. Достанет из рюкзака гранчак, граненый стакан еще советского дизайна, нальет в него половинку самогона, пожелает нам здоровья и выпьет его. Я постараюсь дожить до этого. До этого ритуала, который мы с Никитичем в мирное время совершали очень часто.


Мы познакомились на рыбалке, как раз на этом месте. Он пришел через час посде моего прихода. Было ему уже далеко за семьдесят,
крепенький старик, как гриб боровичек. Старый выцвевший рюкзак. Он сел завтракать, предложил мне выпить самогона, но я отказался. Я не пью. Он с удивлением и укором посмотрел на меня, сказал хорошо, мне больше будет и выпил. Я до сих пор не знаю где он живет, и он не знает, где я живу. Нам этого было не нужно. Мы встречались и общались на рыбалке. Сначало случайно, потом стали договариваться на определенные дни. Мы очень много времени провели на совместной рыбалке. Дети у него разьехались далеко. Внуки приезжали очень редко. Со своей старухой они прожили долгую совместную жизнь, Общение, как в таких семьях, было достаточно однообразным и Никитич был очень рад общению со мной. Голос был у него несколько хрипловатый, но рассказчик он был отменный. Тем более он рыбалкой занимался очень давно. А в молодости он был егерем в областном управлении лесного хозяйства и по долгу службы знал все о дикой живности, обитающей в наших краях.

Он по профилю был рыбаком - сазанятником. Вымирающий вид рыбаков, как мамонты. Что бы быть сазанятником надо иметь особое состояние души. Он приходил каждый день, забрасывал свои три спининга, периодически перезабрасывал их и в перерывах тихо сидел на своем стульчике о чем то медитируя своем. Или рассказывал мне любопытные истории. Сазаньи поклевки в наше время стали очень редки. Одна поклевка на пару недель, но зато какая! Нынешняя молодежь не умеет так ловить. Ей надо все сразу и сейчас. И поэтому сазанятники как клас - это вымирающий класс. И у нас сейчас крупный сазан большая редкость. Все крупные особи выбиты рыбаками подводниками. Выбиты наиболее продуктивные. Не знаю, какой идиот разрешил подводную охоту у нас в реках. Ведь это не охота, а форменное убийство крупной рыбы.

Снасти у него были в соответствии с его профилем. Металлические спининги, изготовленные из заготовок для спортивных рапир, которые изготавливал наш завод спортивного оборудования. Очень крепучие, как приставка к какому ни будь строительному крану, большой грузоподьемности. Толстая леска, которой можно вытащить легковой автомобиль из болота. Большие крючки из проволки - двойки и которые Никитич подтачивал преред каждой рыбалкой. И свинцовые грузила по триста грамм весом. Тем не менее, Никитич очень легко забрасывал наживку, большой кусок макухи - подсолнечного жмыха с вставленными в нее крючками, далеко за средину Донца. Мои фидера выглядели на фоне снастей Никитича как спички на фоне штакетника.

Глядя на снасти Никитича мне вспоминалось увиденное на специальных телевизионный каналах для охотников и рыболовов. Я их пересмотрел множество. Пару наших, российских, один французский, турецкий, канадский. Там все они пропагандируют принцип поймал -отпусти. Принцип на основе пресловутого западного гуманизма. Да - да, конечно. У них очень гуманная оснастка. Тонкая леска, не то что у Никитича. Которой он вытаскивал рыбу нахрапом, не давая ей никакого шанса. А у них она очень гуманна. И что бы вывести крупную рыбу такой леской, ее надо некоторое время гуманно помучить. Поводить рыбу до полной усталости. Тонкий гуманный крючок, гуманно заточеный до умопомрачительной остроты. Который впивается в губы рыбе и который руками нельзя вытащить, только специальным отцепом. Тонкое и гибкое удилище, которое доставляет рыбе дополнительные гуманные страдания. И гуманный западный рыбак, часто с помошником, который гуманно так, предварительно измучив рыбу до предсмертного состояния, выводит ее в свой гуманный подсак. Потом берет специальный гуманный подвес, гуманно цепляет рыбу за нижнюю губу. Гуманно ее подвешивает, пока достанет специальный отцеп для крючка. Гуманно этот крючек вытаскивает из губы рыбы, иногда расшатывая его из стороны в сторону. Потом, положа рыбу в специальную гуманную большую сумку - подхват, достает свои гуманные весы и гуманно взвешивает пойманную рыбу. Просто так, чисто из спортивного интереса. А рыба уже практически не дышит. Потом гуманно берет эту рыбу в руки и проводит гуманную фотосессию с пойманной рыбой. Потом такую же гуманную фотосессию проводит с пойманной рыбой его помошник. А у рыбы уже мутнеют глаза. И рыба уже начинает дергаться в предсмертных конвульсиях. И после всех таких гуманных процедур они ее отпускают. Проведя перед этим, как они говорят, реанимацию пойманной рыбы. Опускают ее в воду и начинают, держа ее за хвост, водить туда - сюда, гуманно обогащая ее жабры кислородом. И едва рыба взмахнет хвостом, ее тут же отпускают. Даже не выяснив что это. Либо рыба уже ожила, либо это последний, конвульсивный и предсмертный взмах хвостом этой рыбы. И она тихо отправилась помирать в водные глубины. Они даже не задумываются о том, что после всего этого и даже если рыба ожила, она получает стресс на всю оставшуюся рыбью жизнь. Такое не забудется до самой смерти. И, соотвтственно, ее потомтство будет помнить все это, родителем перенесенное, на уровне генетической памяти.

Это типичный пример всего того, что называется Западным гуманизмом. У них все гуманно. Гуманные орудия пыток. Гуманные орудия казни. Гуманные экономические санкции, приводящие к голоду и холоду. Убийства под гуманные девизы. Гуманные бомбардировки во имя торжества гуманизма. Гуманные революции и государственные прервороты. В результате которых целые государства сктываются в гуманный хаос и разруху.

Почему люди занимаются рыбалкой? Почему люди занимаются охотой? Сейчас, в наше относительно сытое время. Когда добытое на такой охоте - это мизер в их потреблении. Да потму что в человеке, где то там в глубине, живет инстинкт зверя, инстинкит далеких предков. Такое занятие это способ контроля этого зверинного. Что бы, не дай бог, это звериное не вырвалось наружу в самый неподходящий момент. И это не типично для каждого. Этим занимается ограниченное количество людей. Это удовлетворение еще и инстинкта добытчика, инстинкта охотника. И картина будет не полной, если в конце концов такой современный охотник не будет вознагражден законной добычей. Можете представить, допустим, что вот наши полудикие предки, потратив несколько недель для подготовки ямы - ловушки для мамонта. И потратив много времени, с жертвами и затратами, загоняют этого мамонта в такую ловушку. И он падает туда, слегка повредив ноги. И потом они устраивают вокруг загнанного мамонта ритуальные танцы и пляски. И потом приглашают к такой ловушке жен и тещь, гордо позируют перед ними на фоне полуумученного мамонта. А потом, слекгка перевязав поврежденные ноги мамонта, потратив немоверные усилия на извлечение этого мамонта из ловушки, под радостные вопли и гиканья отпускают его на волю. Смешно? Но на фоне Западного гуманизма не до смеха...






Tags: Донбасс, Донец, Дума., Жизнь.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments