mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Все когда нибудь происходит в последний раз...(3)

А как можно покорить Ватикан? Ватикан, у которого два миллиарда паствы. Ватикан, который контролирует пол земного шара. Неужели найдеться в мире смельчак, который силой оружия попытается сделать это?   А почему это можно сделать  только силой оружия? Можно ведь направить свои усилия против бюрократического аппарата Ватикана.

"..с того момента, как появились общественные отношения, появилась необходимость в их регулировании, то есть в управлении, то есть в подаче команд и контроле их исполнения, то есть во вполне конкретных операциях с информацией. На первом этапе передача информации осуществлялась непосредственно от генератора идей к среде реализации, то есть от вождя, от старейшины — к племени. Но племена росли, жизнь становилась сложнее, и на каком - то этапе, выдаваемый и получаемый генератором, превышен тот предел, который способен осилить человеческий мозг. С этого момента появляются помощники вождя, с этого момента зарождается бюрократия.

То есть бюрократия — это не зло, это просто механизм обработки информации в условиях централизованного управления.  В результате получилось, что идеи, спускаемые сверху, были слишком сложны для общества, поэтому их приходилось упрощать, адаптировать, информация же, поступающая наверх, часто не совпадала с тем, что ожидалось; в этих условиях аппарат очень быстро устанавливает свою монополию на информацию, тем более что есть множество благовидных предлогов, чтобы это сделать: внутренняя и внешняя контрреволюция, всяческие заговоры и восстания — еще настоящие, не мнимые…

И постепенно аппарат обретает несколько интереснейших свойств:

во-первых, контроль над всей решительно информацией;

во-вторых, возможность преобразовывать ее, исходя из своих интересов;

в-третьих, обретение этих самых интересов; наконец,

в-четвертых, безграничные практически возможности насильственно внедрять в среду реализации те или иные идеи.

Аппарат этот создан так,  что пропускная способность его сравнительно низка, а объем перерабатываемой информации растет из года в год — это объективный процесс, отменить его нельзя (хотя и хотелось бы!), но вот притормозить можно, — поэтому аппарат вынужден расти, расти и расти. Вот это - то — безудержный рост — и является основной функцией аппарата. Ну и, кроме того, естественно, питание, самосохранение.

Все функции почти сразу подразделились на номинальные и витальные.  Номинальные — это те, ради которых аппарат создавался, витальные — это те, которые обеспечивают его существование. Ясно, что последним аппарат отдает предпочтение. И вот , как интересно все получается:

Информационная система, способная распоряжаться информацией, обрабатывать ее, преследуя свои интересы…

..получалось, что каждый служащий,  — все, кто каким-нибудь боком прислоняется к процессу циркулирования информации, — все они, выходя на работу, включаются в мыслительный процесс некоего гигантского нечеловеческого интеллекта. Каждая операция по обработке и дальнейшей передаче информации, проводящаяся ими, помимо своего основного предназначения  имеет и некую теневую сторону и в виде отчетов, цифр, сводок и так далее начинает циркулировать по информационной сети, так или иначе влияя на прочую информацию, приводя, возможно, к каким-то решениям — но из миллиардов таких вот элементарных информационных операций и складывается этот самый мыслительный процесс.

Становление и развитие этого интеллекта было для общества чрезвычайно болезненно, поскольку задачи перед аппаратом становились большие, масштабные, а существенных ограничений не вводилось.  Поначалу это была просто машина, примитивная кибернетическая машина, с которой к тому же не умели обращаться, но очень скоро она начала преследовать собственные интересы — она распоряжалась всей без исключения информацией , поэтому могла вести — и вела — информационную игру с генератором идей, поставляя ему такую информацию, которая заставляла его генерировать именно те идеи, которые шли на пользу аппарату. Это уже проявление интеллекта, и достаточно мощного.

Единственное, что можно сделать, — это изучить его и, изучив, уничтожить — не может же быть, чтобы у него не было слабых мест; это мы их пока не знаем…"  Андрей Лазарчук "Зеркала"

Вот в этом ее свойстве и заложена ее смерть. Информационная система, которая на входе получает информацию, обрабатывает ее и выдает результат в своих собственных интересах.

А если кто нибудь разработает такой алгоритм, после поступления и обработки которого Бюрократический аппарат "зависнет"? Как это иногда бывает с опреационнйо системой от перегрузки.

А если разработать такой алгоритм, после обработки которого у Бюрократического аппарата включиться механизм самоуничтожения?

Такой алгоритм, умение его разработки, будет посильней всех атомных бомб во всем мире. Воистину, кто это сможет сделать, тот будет властелином мира.

Кто то собирает мускулистых мужиков, одевает их в футболки, раскрашенные горизонтальными полосками белого и голубого цвета. А кто то по всему миру скупает ботаников и рассаживает их по тихим офисам. И эти ботаники, в тишине офисов, складывают слова в строчки, строчки в коды и из строчек кода создают будущую структутру алгоритма. Алгоритма, кторый может поставить на колени весь мир.

"— Речь идет о проблеме, над которой мы трудимся уже три столетия, со дня основания нашего монастыря. Человеку вашего образа мыслей трудно это понять, но я надеюсь, вы выслушаете меня без предвзятости. — Разумеется.

— В сущности, все очень просто. Мы составляем список, который включит в себя все возможные имена Бога. — Простите…

— У нас есть все основания полагать, — продолжал лама невозмутимо, — что все эти имена можно будет записать с применением всего лишь девяти букв изобретенной нами азбуки.

— И вы триста лет занимаетесь этим? — Да. По нашим расчетам, для выполнения этой задачи потребуется около 15 тысяч лет.

— О! — доктор Вагнер был явно поражен. — Теперь я понимаю, для чего вам компьютер. Но в чем, собственно, смысл этой затеи?

Лама на мгновение замялся. «Уж не оскорбил ли я его?» — спросил себя Вагнер. Но когда гость заговорил, ничто в его голосе не выдавало недовольства.

— Назовите это культом, если хотите, но речь идет о важной составной части нашего вероисповедания. Употребляемые нами имена Высшего Существа — Бог, Иегова, Аллах и так далее — всего навсего придуманные человеком ярлыки. Тут возникает довольно сложная философская проблема, не стоит сейчас ее обсуждать, но среди всех возможных комбинаций букв кроются, так сказать, действительные имена Бога. Вот мы и пытаемся выявить их, систематически переставляя буквы.

— Понимаю. Вы начали с комбинации ААААААА… и будете продолжать, пока не дойдете до ЯЯЯЯЯЯЯ…

— Вот именно. С той разницей, что мы пользуемся азбукой, которую изобрели сами. Заменить литеры в пишущем устройстве, разумеется, проще всего. Гораздо сложнее создать схему, которая позволит исключить заведомо нелепые комбинации. Например, ни одна буква не должна повторяться более трех раз подряд. — Вы, конечно, хотели сказать — двух.

— Нет, именно трех. Боюсь, что объяснение займет слишком много времени, даже если бы вы знали наш язык..."

* * *

"...Послушай, Джордж, — взволнованно заговорил Чак. — Неприятные новости! — Что такое? Машина капризничает? Большей неприятности Джордж не мог себе представить. Если начнет барахлить машина, это может — о ужас! — задержать их отъезд. Сейчас даже телевизионная реклама казалась ему голубой мечтой. Всетаки чтото родное…

— Нет, совсем не то. — Чак сел на парапет; удивительный поступок, если учесть, что он всегда боялся обрыва. — Я только что выяснил, чего ради они все это затеяли.

— Не понимаю. Разве нам это не известно? — Известно, какую задачу поставили себе монахи. Но мы не знали, для чего. Это такой бред…

— Расскажи что нибудь поновее, — простонал Джордж.

— Старик Верховный только что разоткровенничался со мной. Ты знаешь его привычку — каждый вечер заходит посмотреть, как машина выдает листы. Ну вот, сегодня он явно был взволнован — если его вообще можно представить себе взволнованным. Когда я объяснил ему, что идет последний цикл, он спросил меня на своем ломаном английском языке, задумывался ли я когда нибудь, чего именно они добиваются. Конечно, говорю. Он мне и рассказал.

— Давай, давай, как нибудь переварю.

— Ты послушай: они верят, что когда перепишут все имена Бога, — а этих имен, по их подсчетам, что то около девяти миллиардов, — осуществится Божественное предначертание. Род человеческий завершит то, ради чего был сотворен, и можно будет поставить точку. Мне вся эта идея кажется богохульством.

— И чего же они ждут от нас? Что мы покончим жизнь самоубийством?

— В этом нет нужды. Как только список будет готов, Бог сам вмешается и подведет черту. Амба!

— Понял: как только мы закончим нашу работу, наступит конец света. Чак нервно усмехнулся."

* * *


Tags: война, история, мистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments