mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Орел и Дракон.

Выкладываю часть другого цикла Геннадия Александрова "Орел и Дракон". Для лучшего понимание того, что сейчас происходит вокруг нас. Цикл этот Александров выкладывал в своем журнале в 2009 году. Надо учитывать это. С тех пор обстановка в мире несколько изменилась.


В чём суть американской политики?

На чём она стоит? На каком фундаменте? Что эту политику определяет? Аналогом чего она является? Какой всем известный и хорошо изученный исторический пример мы можем подобрать, чтобы мысленно увидеть маршрут, по которому путешествует во времени американское государство?

Долго искать не приходится. Пример лежит прямо на поверхности и называется он Британская Империя.


Америка проводит ту же политику, которую проводила в прошлом Англия. Наверное, из-за сходства теоретического обоснования политической прикладной методики массовое сознание и валит англичан и американцев в одну кучу, давая им даже собирательное название - англо-саксы, хотя американцы никакие не англо-саксы, но вот во внешней политике они действуют как англо-саксы, это да, этого у них не отнимешь. Хорошими учениками оказались американцы, они не только добросовестно изучили теорию, но и смогли творчески применить её на практике.

Наш мир непрерывно изменяется. И чем дальше, тем быстрее. Мы уже не успеваем не то, что головой крутить, а даже и моргать. "Мир, куда несёшься ты? Не даёт ответа..." Но в этой круговерти перемен есть некая неизменность, есть твердь, на которой стоит черепаха, есть точка отсчёта, которая задаёт всё остальное. Государству, чтобы не мочь поступать иначе, чем оно поступает, нужно на чём-то "стоять".

То, на чём стоят государства вообще и Америка в частности, известно даже детям младшего школьного возраста и называется это самое "то, на чём стоят" - географией.

В мире могут происходить революции и войны, могут свергаться правительства и происходить смены "общественно-политических формаций", может происходить всё, что угодно, да вот хотя бы даже и "прогресс", но материки при этом остаются материками, на месте остаются проливы и заливы, устья рек, горные хребты, пустыни и вообще всё то, что можно увидеть, раскрыв пошлейший географический атлас. И вот там вы можете увидеть, что Британия окружена морем. Это невинное в своей объективности обстоятельство определяло английскую политику на протяжении нескольких столетий.

Будучи "островом", Британия получила несомненное геополитическое преимущество, но одновременно с подарком она получила от судьбы и "ахиллесову пяту". Оказавшись вынужденной контролировать окружающие её "воды", Британия логикой истории была вынуждена начать экспансию вовне, Британия начала расширять границы, совершенно так же, как это делали другие народы, имевшие счастье жизни на "континенте", только в отличие от них Британия воевала не за "землю", а за "море".

Если Россия "прирастала" Сибирью и Средней Азией, если чаемое той же Германией "жизненное пространство" находилось во Франции или на "востоке", то Британия искала и обретала искомое в окружающих её морях. Англичане шли не от "острога" к "острогу", а от моря к морю.

Ровно то же самое обстоятельство связано и с Америкой. Она тоже отгорожена от "мира" морями и её, точно так же, как до неё Британию, сама "сила вещей" заставляет контролировать окружающие её "воды". Разница только в одном, разница - в масштабах.

Англия имела дело главным образом с Европой. С вековым, непримиримым врагом. С "континентом". Европейцы, сумей они лишить Англию возможности контролировать пути подвоза в метрополию "ресурсов" (очень неудачное, расплывчатое и не позволяющее в полной мере описать суть явления слово, но другого у нас нет), брали бы Англию за горло. Утратив преимущество на море, Англия оказывалась не просто уязвимой, она становилась беззащитной, и именно за это, за возможность контролировать моря, и шла борьба между Британской Империей и Империями континентальными.

"Да пребудет с нами Сила" означало "да пребудет с нами сила военно-морского флота". Вся внешняя политика БИ была подчинена одной сверхзадаче - не допустить той степени усиления одного из европейских государств, которая позволила бы ему построить флот, не то, что превосходящий, но хотя бы равноценный британскому.

Это ясно осознанное и чрезвычайно простое в своей основе соображение и заставляло англичан проводить ту политику, которую они проводили и которая тоже сводилась к достаточно простой и от века известно формуле - "разделяй и властвуй".

Но англичане (во всяком случае люди, которые ими правили) были людьми умными и они от изначально осознанной простоты стоявших перед ними задач по выживанию нации шагнули на следующий уровень. Они сумели понять, что лучшей стратегией является отнюдь не возможность создания положения, позволяющего превозмочь врага в открытой битве или суметь победить его в "гонке вооружений" (это понятие тоже очень старо).

Англичане создали целую внешнеполитическую доктрину, дававшую возможность манипулировать европейским "балансом сил", используя когда политические, когда экономические, а когда и минимально военные средства воздействия. Англичане (уж не знаю, насколько они были в этом первооткрывателями) поняли, что жизнь государства суть война и начали жить именно так, непрерывно воюя.

Вот только войну они не называли войною. В разговорах с другими государствами, ясное дело. Сами англичане прекрасно сознавали, что мира нет и быть не может. Эту политику очень хорошо сформулировал Вячеслав Молотов, назвав её "непрямыми военными действиями". Для стороннего наблюдателя эти "непрямые военные действия" выглядели как несомненно враждебные, но при этом не доводящие до прямой конфронтации очень неприятные и, что самое главное, непрерывные мелкие укусы, толчки, подножки и оскорбления. Противник (даже и тогда, когда он "официально" считался то ли союзником, то ли другом) был вынужден непрерывно обороняться, его отвлекали, ему не давали возможности собраться. Его лишали времени.

ВРЕМЕНИ, НЕОБХОДИМОГО ДЛЯ ПОСТРОЙКИ ФЛОТА.

Флот невозможно создать from scratch, то-есть "с нуля". Одного лишь желания иметь флот мало. Нужно много всего всякого разного, нужны целые отрасли индустрии, но даже если они у вас уже есть, вам нужно главное - вам нужно время.

ВРЕМЯ - ГЛАВНЫЙ СТРАТЕГИЧЕСКИЙ "РЕСУРС" ЛЮБОГО ГОСУДАРСТВА. Это то, чего всем всегда не хватает. Но при этом, даже и в том случае, когда времени не хватает вам, вы всегда можете сделать так, что у вашего противника времени будет ещё меньше.

Это политика является лучшей из всех возможных политик. И при том, что она не только наиболее эффективна, она парадоксальным образом ещё и дешевле любой другой политики. Выгоднее.

В этом самая суть "политики по-английски". В дальнейшем она была усложнена, она была "открыта" и изучена другими государствами, и не только изучена, но и взята на вооружение, и используется эта политика ныне отнюдь не только для противодействия созданию вражиной океанского флота. Но в период между "Испанской Армадой" и "Второй Мировой Войной" самыми искусными игроками в этой игре были англичане.

Между прочим, унаследовавшие им гроссмейстеры "непрямых военных действий", американцы, сегодня вполне искренне считают, что их учителя, англичане, не только прекрасно справлялись с ролью "мирового жандарма", но и что тот период времени, когда БИ "следила за порядком", пошёл на благо в первую очередь тем, против кого и была направлена английская игра, то-есть - европейцам. По мнению американцев англичане, не позволяя усилиться одной из европейских держав до уровня "сверхдержавы", подарили европейцам лучшее столетие, которое те только имели - сто лет между наполеоновскими войнами и Первой Мировой Войной.


По результатам Второй Мировой Войны Соединённые Штаты превратились (превратили себя) не только в сверхдержаву, но и в военно-морскую державу мира номер один. Следствие в данном случае неумолимо вытекало из двух причин сразу. Из "великодержавия", которое есть величина непостоянная и из "географии", которая есть необоримая реальность.

После 1945 года была открыта новая страница мировой истории, началась эпоха двуполярного мира. Во время своего владычества, предшествовавшего двуполярности и длившегося примерно сто пятьдесят лет, Британская Империя делала всё, чтобы не допустить возникновения подобного положения, и руководствовались англичане при этом достаточно простым соображением.

Сам по себе двуполярный мир, если рассуждать о нём в доступных терминах, весьма неплох, самое главное то, что он очень устойчив и, кроме устойчивости, у него есть и ещё одно несомненное достоинство - он предсказуем. В этом смысле эпоха "противостояния" послевоенных сверхдержав - США и СССР, при всех её издержках и политических обострениях, вспоминается сегодня с неизбежной ностальгией.

Так вот англичане при всей своей изощрённости в "игре", и при том, что бремя, которое несёт один "мировой жандарм" по понятным причинам гораздо тяжелее бремени, разделённого пополам, старательно избегали даже возможности появления равноценного "игрока" и делали они это вот почему - двуполярный мир, разводящий участников на два лагеря, на две "стенки", позволяет зародиться и развиться до уровня двух основных участников некоей "третьей силе", которая получает возможность лавирования между "стенками". Между "полюсами". (Это то, что делала после войны всё та же Англия, используя противостояние США и СССР.)

То, что мир будет двуполярным и то, кто именно станет этими "полюсами", стало ясно ещё летом 1943 года. Войну заканчивали не "союзники", а соперники, и заканчивали они её в ясном осознании своего положения в будущем мире. В Постдаме мир был поделён пополам и в дальнейшем два наследника "британского наследства" боролись не за принцип наследования, а за детали, за пункты завещания покойного. Само же "право наследования" ни одной из сторон под сомнение не ставилось и никоим образом не оспаривалось.

Послевоенная эпоха, длившаяся примерно сорок лет, закончилась вместе с поражением России в Холодной Войне. Мир вновь стал тем же миром, каким он был во времена владычества Британской Империи. Сразу же оговорюсь, что причин поражения России мы не знаем. И я уж и не говорю о том, что официальная пропаганда вообще предпочитает этот вопрос обходить молчанием, а то и выдавать поражание за победу. Факт поражения нам известен не "проговорённым", а в данных нам "ощущениях". Ну и ещё из обсуждений на чрезвычайно низком, "негосударственном" уровне. Уровень же задаёт и высказываемые по этому вопросу "соображения".

Дурацкие "экономические причины" должны быть с негодованием отметены сразу же, с порога. Так же, как и не менее дурацкое "падение цен на нефть". Колебанием цен на нефть вы можете задушить какой-нибудь Кувейт или там Словакию, но в Холодной Войне понесла поражание не Боливия, а одна из двух сверхдержав. Проиграла коалиция, блок. Проиграла одна из противоборствующих не больше и не меньше, как "цивилизаций".

Повторюсь, что причин поражения мы не знаем, и вполне возможно, что не узнаем никогда. Но вот что мы можем, так это разобрать принципы, на которых строилась игра победителя в прошлом и принципы изменившейся игры, которую ведёт оставшийся в гордом одиночестве победитель.

Почему-то принято считать, что правила игры являются тайной за семью печатями и известны только неким посвящённым, собирательно именуемым "мировым правительством". На самом же деле нет не только никакого "мирового правительства", но по большому счёту нет и никакой тайны. Да и смешно было бы выдавать вещи "общеизвестные" за тайны.

Среди умных книжек, подробнейшим образом разбирающих хитросплетения мировой политики есть и написанные достаточно доступным языком и на вполне доступном для среднего ума уровне. Например, книжка "The Future of War" Джорджа и Мередита Фридманов. В книжке этой без всяких недоговорённостей излагаются принципы, следуя которым, поднимались к вершине мирового могущества Соединённые Штаты. Интересно ли это? По-моему - да, очень интересно. И не тольк интересно, но ещё и своевременно. Своевременно вот почему:

Дело в том, что как-то так сложилось, что американцев принято считать простаками. В РФ очень умные пропагандисты им даже кличку придумали - "пиндосы". Ну, пиндосы и пиндосы. В конце концов, было время, когда русские и немцев "фрицами" звали. С этической точки зрения это выглядело не очень красиво, но некрасивость эта была хотя бы оправдана тем, что кличку давал победитель. Победитель имел на это право. Полное. Как захотел, так побеждённого и назвал. Но вот с "пиндосами" получается так, что побеждённый с пренебрежением отзывается о своём победителе. Получается глупо. Ну и немножко жалко, конечно. Этакое подростковое самоутешение. Инфантилизм. Патриотизм на болельщицком уровне. Подросток может во всё горло кричать с трибуны всякие обидности, вроде - "кони!", или "мясо!", или что там ещё кричат с трибун подростки. Но футболисты конями от этого не становятся, а остаются они людьми, гоняющими мячик себе в удовольствие, и ездят они по миру и получают за получаемое удовольствие большущие гонорары, а самоутверждающийся таким нехитрым способом подросток остаётся подростком, и получает он на следующий день двойку в школе, а дома его порет отец.

То же самое и с нашими футболистами, с американцами, играющими в скучный с нашей точки зрения американский футбол.

Американцы заняли в мире то положение, которое до них занимали только англичане. Англичан принято считать необыкновенно ловкими международными интриганами и эта репутация ими в определённом смысле и в самом деле честно заработана. Они сумели на протяжении больше, чем столетия, манипулировать континентальной Европой, а та сама собаку съела на манипулировании странами и народами. Но на старуху нашлась проруха и звали эту проруху Англией. Всё это так.

Но при этом сложилось любопытнейшее положение (и я полагаю, что к созданию этого положения сами же американцы руку и приложили) при котором американцев, как только дело доходит до "разбора полётов", всерьёз принимать никто не хочет. А между тем...

А между тем вот уже двадцать лет Америка ведёт игру куда сложнее той, которую когда-то вела Англия. Америка вышла на куда более высокий уровень. Если Англия, пользуясь своим "заморским" положением, играла тем набором государств, который имелся на полуострове Европа, то Америка играет всей Евразией. Всей, целиком. "As a whole." Не только Heartland'ом, а всем "мировым островом" вообще, со всем, что на нём имеется.

У США гораздо больше фигур, чем было когда-то у Англии и уже одно только это означает, что число возможных комбинаций вырастает в соотвествующей пропорции. Современная американская игра не просто сложнее английской, она сложнее несопоставимо. Но "выход" этой игры, её outcome, остаётся всё тем же, он остаётся таким же, каким он был века назад - манипулируя так называемым balance of power не допустить возникновения центра концентрация "силы", который может привести к усилению одного из евразийских государств до уровня, который, в свою очередь, позволит создать флот, сопоставимый с американскими ВМС.


Начиная с 1917 года (до 1917 Америки, в том смысле, который мы вкладываем в это слово, не было, до 1917 года Америка была тем же, чем в сегодняшнем мире является, скажем, Бразилия, и только в 1917 году на мировую арену вышел новый Игрок) Соединённые Штаты упорно и в высшей степени последовательно (ни разу не наступив собственной песне на горло!) проводят одну и ту же политику.

Словами она описывается очень просто - США стараются (с неизменным успехом) устранить имеющегося и не допустить появления нового равноценного им соперника.

Эта тривиальность является фундаментом, на котором строится сам смысл существования отнюдь не только США, а любого государства. Государства вообще. Государства, как феномена бытия. Отличие государства США от других государств состоит только и исключительно в том, что им удалось то, что не удалось другим, в их случае словесная сентенция обрела плоть, стала реальностью.

Реальностью, в которой живёт человечество.

И это тоже своего рода банальность. Это то, что "общеизвестно". "Общечувствуемо." "Общедумаемо".

Однако в этих "обще-" имеется и частный (в каждом случае разный) интерес. Интерес в том, каким образом американцам удаётся то, что в человеческой истории удавалось очень и очень немногим, хотя "званых" была целая толпа. Нет, ну в самом деле, как у них получается то, что не получилось у других?

Очевидно, что разница в методах.

Ведь все известные нам "властелины мира", стремясь к поставленной цели по достижению "мирового господства", действовали одинаково. И Америка тут исключением не является, она тоже, добиваясь своего, воздействует на "баланс сил" (balance of power), влияя на него когда опосредованно, а когда и напрямую - осуществляя либо политическую, либо "прямую" военную интервенцию. (В этом месте следует понимать, что массовое сознание, как и в случае с таким понятием как "война", и "интервенцию" тоже осознаёт исключительно в "военном" смысле, и не замечает интервенцию политическую точно так же, как не замечает и ведущуюся против общества войну, если та ведётся как "непрямые военные действия".)

Итак, о методе. О принципах. О тех самых, которыми не поступаются в своей политике Соединённые Штаты. Принципы эти достаточно просты и в высшей степени прагматичны.

Ну, и я уж не говорю, что принципы эти никто даже и не думает скрывать.

Принципы эти выстроены в лесенку. От простого к сложному. От менее опасного к более опасному. От дешёвого (ни в коем случае не в смысле денег) к более дорогому. От лёгкого к трудному. "Stairway to Heaven".

1. Полагаться на "исторически" сложившийся региональный баланс сил и не нарушать его сколь только возможно долго. В случае, когда в силу неких причин этот баланс нарушается, начинать следует с попытки "изолировать" нарушителя в надежде, что по прошествии какого-то времени всё "устаканится" само собой, поскольку окружающая выскочивший волдырь мелочь пузатая немедленно и без всяких напоминаний и науськиваний сама объединится в попытках противостоять нарушителю сложившегося статус-кво.

2. Если по прошествии некоторого времени (что в данном и в высшей степени определённом контексте является "временем" определяют США, что естественно) положение не выправляется, следует прибегнуть к невоенным инструментам. (Слово "невоенный" ни в коем случае не следует понимать буквально, у государства других мер воздействия, кроме военных, нет и для него всё, что оно делает, является ведением военных действий). "Невоенные" инструменты нам хорошо известны - это торговля, межгосударственная "помощь" в любых видах, политическая поддержка на внешнем и внутреннем уровнях итд. На этом этапе "невоенных" действий всегда (ВСЕГДА!) поддерживается более слабая сторона. Как внутри государства "нарушителя конвенции", так и по периметру его границ. Причины этого очевидны. Но в этой очевидности есть и интересный нюанс - СЛАБЫЙ ПОДДЕРЖИВАЕТСЯ ДАЖЕ И ТОГДА, КОГДА ОН ПОЗИЦИОНИРУЕТ СЕБЯ КАК ВРАГА СОЕДИНЁННЫХ ШТАТОВ. Слова значат очень мало, ну и кроме того все знают (но не всегда помнят), что в политике нет постоянных друзей и врагов, а есть только постоянные интересы.

Здесь, на второй ступеньке, поскольку возникает неприятная возможность пусть и не с очень большой, но высоты, упасть, появляется и первая "страховка". С той же последовательностью, с которой неизменно поддерживается более слабый, всячески избегается оформление формального "союзничества". Никаких договоров и никаких "бумажек" вообще. Боже упаси! В книжке Future of War данный второй пункт иллюстрируется Версалем, когда Соединённые Штаты "бросили свой вес" на сторону Германии, не имея с ней никаких "договорённостей", и 1972-м годом, когда Америка в советско-китайском противостоянии поддержала Китай, опять же не имея по отношению к КНР никаких формальных "обязательств".

3. Когда "невоенные" методы не срабатывают, США входят в формальное союзничество (а это уже обязывает ко многому) с государствами, противостоящими "гегемонисту". В этой неприглядной роли может оказаться любое государство, стремящееся к доминированию то ли на региональном уровне, то ли в "глобальном" смысле. Здесь тоже имеется страховка. Только не "бумажная". В Вашингтоне так же, как и в Москве, слезам не верят и отношения "союзников" выстраиваются таким образом, чтобы ноша раскладывалась неравномерно - "евразийская" сторона "союза" должна не только вносить вклад в союзничество в виде людских и материальных ресурсов, но и принимать на себя львиную долю сопутствующих возможному поражению "рисков", в то время как американская сторона должна всемерно стремиться к тому, чтобы её союзничество ограничивалось финансовой, военной и технической помощью.

Классические примеры - союзничество с СССР во Второй Мировой Войне и союзничество с Израилем в его конфликте с арабским миром.

4. Если "союзничество" в данном виде оказывается лекарством слабым, США в целях "стабилизации положения" могут прибегнуть к интервенции в военном смысле этого слова, однако и здесь они будут стараться держаться на "периферии" Евразии и, что тоже немаловажно, они будут до последнего стремиться "участвовать" в конфликте как можно меньшими силами.

Примеры - Ливан в 1959 и 1982 годах, Корея в 1950 и Вьетнам в 1964. Ну и Ирак. А сейчас и Афганистан.

Даже и притом, что Корея, Вьетнам, а сегодня Ирак вылились чуть ли не в главные войны Америки на протяжении последних ста лет, следует понимать, что по сравнению с тем, что в приводимых примерах Америка могла бросить на весы и чем она обошлась в реальности, Корея-Вьетнам-Ирак являются так называемыми low-cost и low-risk войнами, или, выражаясь по-русски - Америка добивалась поставленных целей "малой кровью" в сравнении с тем, во что ей могли бы обойтись попытки "отсидеться за океаном", а затем участие в неизбежных конфликтах куда больших масштабов.

5. Когда дело принимает серьёзный оборот и восстановление "баланса" требует не менее серьёзных усилий государства, выстраивать контекст "союзничества" таким образом, чтобы на долю "союзника" пришлись бы не только более высокие ставки в Игре, но и чтобы у него было куда меньше, чем у США, пространства для дипломатического манёвра. Следует стремиться также к тому, чтобы основная ноша ведения войны тоже ложилась на "союзника" или "союзников".

Пример - всё та же Вторая Мировая Война.

6. Ни при каких обстоятельствах не допустить положения, когда в результате всеобщей "евразийской" войны, буде такая разразится, главный удар был бы направлен против Соединённых Штатов.

Подобного примера, что понятно, нет. Наиболее близко к такому положению США подошли в годы Холодной Войны, когда неизбежным и повседневным фактором, с которым приходилось считаться, стал риск всеобщей войны отнюдь не только в рамках Евразии, однако и тут не след забывать, что если США ставили под удар размещённые на периферии Евразии войска, то "союзники по НАТО" выводили на "линию огня" всю популяцию целиком. Холодная Война является очень показательным примером успешной стратегии США, когда при помощи минимума вкладываемых "сил" Америке удавалось соблюдать выгодный ей глобальный "баланс".



*******************




Можно ли сделать из вышеизложенного какой-нибудь вывод? Да, конечно же, можно. И вывод несколько неожиданный.

В том, что делают США, нет ничего нового. Нет даже и ничего хорошо забытого старого. Ни в тактике, ни в стратегии.

Америка проводит классическую (во всех смыслах) имперскую политику.

Точно такую же, какую проводили известные нам Империи на протяжении человеческой истории.

И эта "стратегия поведения" приносит несомненный успех. Сегодня. Сейчас. В нашем новом, прекрасном мире, где не то, что явление, но даже и слово "империализм" является ругательным
Tags: Мир., цвет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments
начал читать "дверь в стене". спасибо за наводку.

но этого товарища надо фильтровать побольше чем на 50%. уж слишком любит иногда выставлять спорные или просто бредовые утверждения как непреложную истину в последней инстанции.

но фактаж в подциклах отличный, и пищи для собственных выводов дает немало.
В ЖЖ alexandrov-g пропали все картинки, но вы можете скачать его ЖЖ полностью - из ЖЖ android7hell
Спасибо.