?

Log in

No account? Create an account

Эх, да как по речке, да плыли две дощечки...

Текущее.
mikul_a
Опять у нас нет воды. Что бы пропасть к нам, на Камбродский бугор, вода проходит через пять подьемов. Часть из них на левом берегу Донца, часть на правом. Это провода, оборудование, подстанции. И в тех местах постоянные артдуэли. И обязательно кто нибудь попадет куда нибудь. Я опять, как летом, пластиковые бутыли и вниз -вверх по бугру. Только сегодня снег уже выпал. Детям радосьть, с горки кататься.  Когда появляется вода все кидаются, кто банится, кто постирать. И сразу набираем все что есть водой. И с надеждой, что вода пришла постоянно. Но проходит какое то время и вода пропадает.
Все, кто едет на север области,проезжают украинские блок - посты. Там  проходят процедуру т. н. фильтрации. Всех выводят с автобуса, заводят в помещение, снимают отпечатки пальцев. Как потенциальных преступников. Сначала пять вместе, затем ладонь, затем каждый палец индивидуально. Затем двое задают вопросы. Наивно детские. А принимал ли ты участие в штурме СБУ? А кто из твоих родственников воюет у террористов? Затем мужиков, вне зависимости от возраста, раздевают до трусов. На предмет татуировок типа Войска Дяди Васи и др. Смотрят нет ли свежих пулевых и осколочных ранений. Нет ли потертости на правом плече от автоматного ремня или синяка на правом плече от приклада. Ну и как после всего этого "Як тебе не любити Київе мій"
Как то, размешивая сахар в чашке с чаем, обратил внимание на скрип, издаваемый ложкой, когда она цепляет донышко. Путем длительного прислушивания, а затем тщательного анализа услыщанного скрипа на разных чашках, пришел к такому интересному выводу. Каждая чашка издает свой, уникальный, присущий только данной чашке, скрип. Даааа! Тяжко бремя ненужных знаний!
Tags:

Мир Людей. Ящики.
mikul_a
Я оторвался от чтения. Мимо меня прошла старушка. Она на тележке везла две пятилитровых бутылки. Смотрела куда то вдаль. Не обращая на меня никакого внимания. Я продолжил свое чтение.
"На один из многочисленных камбродских пустырей заехало два тентованных урала. Сзади, к каждому из них было прицеплено по большому миномету. Из кузова начали выпрыгивать мужики в камуфляже. Из кабины вышел командир, посмотрел на карту, затем показал рукой - "Здесь". По двое, мужики начали копать большие ямы для больших минометных плит. Остальные начали разгрузку. Когда ямы были выкопаны, уралы задом подогнали минометы к этим ямам. Затем минометы отцепили, выставили и изготовились к стрельбе. К пустырю высыпали местные жители и с любопытством начали наблюдать за работой бойцов минбатареи. Они хотели подойти поближе, но их дальше не пустил боец с автоматом, стоящий в оцеплении. На него накинулись женщины. Вы, вы постреляете, а затем начнет прилетать обратка, на наши дома. Зачем это нам нужно. На это боец невозмутимо ответил, что у них хороший командир, что он хорошо выбирает позицию. И еще ни разу позиции минбатареи никто не обстреливал, не могут засечь. Базар бы продолжался и дальше, но тут ухнул первый миномет и мина с шипением улетела в район Стукаловой Балки. Народ в страхе начал разбегаться и прятаться в погребах и подвалах.
Минбатарея постреляла минут сорок. Затем все стихло. Местный народ через час начал выползать из подвалов и направляться на пустырь. На пустыре никого не было. И тут их внимание привлекла гора, аккуратно выкрашенных зеленой краской, куче деревянных ящиков. Первым к ним подоспел Васька, мелкий камбродский жлобик. Он взял ящик сначала одной рукой, затем второй. Ящик был легкий, удобный. Сбоку было две защелки, как на старых, хрущевских чемоданах.  Васька воровито посмотрел по сторонам, схватил второй ящик и быстренько побежал к себе домой. Следом за Васькой все кинулись разбирать оставшиеся ящики и в мгновенье ока пустырь очистился от этих ящиков. Местный народ разбежался по своим домам и с ужасом стал ожидать самой серьезной кары за совершенную диверсию - воровство военного инвентаря. Но прошел день, второй, подходила к концу неделя, а кара все не приходила. Все про эту кару начали постепенно забывать.
 И когда на этот пустырь приехало уже три урала, то никто не вышел из своих домов, не стал высказывать своего возмущения. Все из щелей и дырок в заборе молча наблюдали за слаженной работой бойцов минбатареи. И когда она отстрелялась и не успела еще осесть пыль от отьезжающих уралов, как народ кинулся хватать оставленные ящики.
Иногда, во время стрельбы, мимо этого пустыря проходил какой нибудь одинокий прохожий и не видел никого из местных, он пройдя немного, спрашивал у первого, попавшегося ему на пути - что, отсюда всех ваших выселили? Те ему с ухмылкой отвечали, что все в порядке, просто к нам привезли ящики.
В очередной раз минбатарея отстрелялась, уралы уехали и народ опять кинулся разбирать ящики. Васька немного припоздал. Он прибежал, когда народ уже окружил кучу с ящиками. Он протянул руку кому то между ног, ухватил ящик и стал тянуть на себя. Ящик почему то оказался тяжелым. Васька вытащил ящик в сторону, открыл его и с удивлением и ужасом обнаружил в нем две мины, аккуратно сверкающие краской. Васька крикнул - мины! Народ повернулся к нему и замер. Все побросали ящики и стали тихо отходить от Васьки. Кто то сказал, что они не взорвуться, надо только обращаться с ними осторожно. А уралы то уехали. Ну что с этими минами делать? Отнести их домой, так можно попасть на цугундер за незаконное хранение боеприпасов. Кто то сказал, что недалеко находится блок пост и там дежурят ополченцы. Надо пойти туда и сказать им. А кто пойдет. И все как по команде посмотрели в Васькину сторону. Васька повозмущался немного, но пошел. Стояла июльская жара. Ополченцы полулежали в машине с открытыми дверями. Было тихо, никто не ходил и не ездил, особой работы у них не было никакой. А тут вдруг нарисовался Васька и стал что то говорить про какие то мины. С третьего раза к ополченцам стал доходить смысл Васькиного рассказа. Они сказали - хорошо, неси их сюда. Тут возмутился Васька. Как нести, ящик то тяжелый. Вы бы сами приехали за ними. Ополченцы стали кого то вызывать по рации, переговорили. Потом сказали - показывай дорогу. Васька с облегчением сел к ним и показал дорогу. Ополченцы погрузили ящик в машину и уехали. Что потом стало, никто так и не узнал. Но после этого на этот пустырь минбатарея больше не приезжала."