mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Дни в Советской Армии.

Конец осени 1981 года. Казарма нашего полка. Расположена практически в центре Львова. Напротив строящуеся здание будущего львовского обкома партии. Тихая и спокойная обстановка. О том, что будет через три десятка лет в этих местах невозможно было представить и в страшном сне.

Два месяца назад полк вернулся с учений "Запад 81". Учения прошли успешно, в том числе и для полка. Неш "полкан" и комдив получли по новой звездочке на погоны. Комполка среднюю, а комдив большую, генеральскую и готовились убыть на новое место службы с повышением. В связи с такой перетрубацией боевая подготовка слегка притормозилась и полк, как и наша рота, занимались в основном хозяйственными делами.

Вообще для меня два последующих месяца после учений прошли довольно бурно. Напился водки ( я не специально, оно само так получилось) и чуть не лишился отпуска домой за успешное участие в учениях. Но в отпуск я сьездил. Потом в качестве начальника караула сьездил в сопровождении транспорта с БМП 1 от западной границы СССР, станции Чоп, до станции Тоцкая, Тоцкий полигон.

Вообще в ПрикВО существовал специальный батальон охраны для таких целей, сопровождение железнодорожных траспортов с техникой. Но иногда у них была запарка и у них не  хватало людей. Тогда привлекали нас. Достаточно напряженная служба по охране транспорта, но и интересная. Проехали через пол Союза.

После возвращения из командировки, включился и я в хозяйственную жизнь роты. Было тихо еще и в том, что перестали дергать разнарядками в Афган. Там ведь шла параллельно война. А до этого, почти каждый месяц забирали в основном спецов. Снайперов, АГСников, минометчиков и водителей.

В конце ноября решили подремонитровать остекление казармы. Я как небольшой специалист, нарезал нужные стекла стеклорезом. И однажды, когда подстукивал надрез на очередном стекле, мне в глаз попал маленький осколочек стекла. По привычке тернул глаз руками и еще усугубил. Началась резь в глазе и осколочек капитально застрял под веком. На следующий день из медпункта меня повел сержант санитар в окружной военный госпиталь.

В госпитале было хорошее глазное отделение. Там зав отделением был очень квалифицированным специалистом, подполковник. И туда старались попасть на лечению к нему не только военные, но и гражданские. Попал к нему и я. Он рассмотрел мой  глаз в специальный микроскоп и потом вытащил этот осколочек. Потом сказал, что у меня слегка поцарапан зрачек и мне надо подлечиться, прокапаться лекарством. Ну и хорошо.

Обстановка в госпитале была слегка коммунистической. В смысле, что там вообще не было разделения между офицерами и солдатами. Вместе лежали в палатах, ходили кушать в общую столовую. и отношения к солдатам со стороны офицеров было равное .Болячки всех равняют.

Солдаты, которые были в этом отделении обрадывали меня .Сказали ,что меня зачислят в команду выздоравливающих. В каждом отделении госпиталя для различных хозработ из выздоравших солдат формируют такие команды. По штату их нет, но на это закрывали глаза. Я уже настроился пробалдеть еще месяц, как меня срочно вызвали в кабинет зав отделения. там мне вручили выписку и сказали ,что бы я возвращался к себе в полк. И как то посмотрели на меня не совсем обычно .Я особо не расстроился. В полк, так в полк.
Когда я пришел к себе в роту, то буквался опешил. Казарму был не узнать .Кровати стояли пустые, без матрасов .Спали на них одетые, только сапоги снимали. В Ленинской  комнате стояли двухярусные кровати. Там спали офицеры. Полк перешел на казарменное положение. Под казармой стояли БТРы, набитые разным хоязяйственным барахлом .Под казармой в ящиках до воторого этажа были складированы боеприпасы. Караулы стали сдвоенными .На каждом посту по два часовых .В караульном помещении не хватало места.

Все это обьяснялось просто. Рядом в Польше в это время бузила Солидарность. И нас начали готовить к тому, что бы войти в Польшу.

Начались каждодневные выезды на полигон на стрельбы. Как то выехали на очередную стрельбу,только на ночную. Семь автоматчиков. Три цинка патронов .Два обычных и один с трассерами. Командир, замученный всей этой возней сказал, что бы мы все остреляли и ушел спать. Ну мы тогда настрелялись. Наверное на всю оставшуюся жизнь. Во всех возможных позах и стойках. Еще и поспать успели в палатке.

А в нашей роте все водители БТР ушли на дембель. И призвали на их место молодых. То же проблема. Молодых терзали всякими маршами побольше чем нас стрельбами.

Сейчас, по прошествии столького времени и в связи с современными событиями на Украине, на многие вещи, которые были тогда, смотришь несколько иным взглядом.

Приезжаем на полигое в Яворов. От станции до полигона пара километров. Рядом с полигоном добывали тогда серу .Добыали через скважины. Бурили их, закачивали туда пар и после того, как сера плавилась, ее откачивали насосами. Из за этого там постоячнно стоял противный запах серы. Сера была там кругом. Желтела в земле, желтела на камнях. Но в глубине полигона ее уже не было. И запаха то же. За то там были заросли дикой малины. Поспевала она в августе и мы ей там обжирались. Очень сладкая, не смотря на то, что дикая.

Дорога на полигон шла мимо небольшого села. Как то раньше не особо обращали внимание на поведение местных .Оно не было враждебным, но и особой радости в их взглядах не было. А тут как подменили их. Радостно приветсвовали нас, в глазах местных светился какой то особый огонек. Тогда это все было не очень понятно .Зато стало понятно сейчас. Мы ведь собирались на поляков, на закадычных врагов западных украинцев. И от такой мысли те украинцы приходили в восторг.

Ситуация накалялась с каждым днем. Начали задерживать польских диверсантов, которые пытались нападать на военные обьекты. Перестали принимать солдатские письма на почту. Поползли слухи о том, когда мы начнем выдвигаться в Польшу. От таких слухов настроение не улучшалось. Но вот пришло тринадцатое декабря. Ярузельский ввел в Польше военное положение.

Интересные бывают порой люди. Никто не хочет учиться на чужих ошибках .Все норовят разбитьлоб самостоятельно. Сколько грязи был вылито а Ярузельского. Сажали даже в тюрьму. А надо было ему поставить еще при жизни памятник, из чистого золота. Но ведь незадача. У поляков сейчас пред глазами ситуация в Украине. Они от младших украинских  братьев сейчас шугаются как от прокаженных. А если бы не Ярузельский, то вполне у поляков нечто подобное могло бы случится тридцать лет назад. Но не делают соотвествующих выводов поляки, даже сегодня. Как и те, кто скакал на майдане.

Вот такая была моя служба в Советской аримии .Хоть и иногда тревожная, но я ее вспоминаю с уважением.




Tags: война, мир люди
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments