mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Category:

Михаил, Мария и прочие Белореченки.

DSCN7628

Выбрался из оврага и прежде чем вышел на железную дорогу, увидел недалеко копер. Оказалось что я немного отклонился назад от выбранного курса и копер этот находится на станции Сборная, ветки Родаково - Лутугино.

Интересная судьба этого копра. Он живое воплощение известного афоризма Виктора Степановича - "хотели как лучше, а получилось как всегда." Сейчас этим копром рулит шахта Белореченская. Но, как говорится, не все так однозначно и смотреть, не значит видеть. И дело в данном случае попахивает конспирологией и советской секретностью. Ну и еще чем то вонючим, запахом украинских реалий.

Все дело в том, что восточная граница шахты Белореченской граничила с подземной областью, обьявленной госрезервом или стратегическими запасами. Пласты угля там в некоторых местах достигали мощности двух метров и залегали на относительно небольшой глубине, начиная от пятисот метров. Стратегичность запасов идет из тех непростых времен, когда пережили страшную войну и следом пошла война холодная. А может быть я ошибаюсь и руководители тех времен посчитали ,что нынешних шахт Донбасса, которые работали тогда вполне хватает и надо что то оставить и внукам. Но теме не менее, до поры до времени на это месторождение никого не пускали.

Ситуация начал меняться в начале восьмидесятых. Наверное тогда приняли такое закамуфлированное решение по разработке этих запасов, как прирезка этих запасов к шахтному полю действующей шахты Белоречнская. Трудно понять решения того времени, или они несли признак таинственности и секретности. Под видом расширения шахты Белореченской могли вполне строить новую шахту. Потому что там, возле станции Сборная, заложили два ствола, клетьевой и скиповой. Два полноценных ствола, с полноценным сечением, а не как у вентиляционных с малым сечением до пяти метров. И в начале восьмидесятых там прошли техотход для главного и вспомогательного стволов и начали проходку главного ствола.

Но сработал принцип Черномырдина. Дело в том, что в то же время полным ходом шло строительство шахты Луганская №1 и строили главный ствол на ней, который потом окончится большой и высокой башней - копром, которую сейчас видно со всех сторон. И строила тот ствол на Луганской передовая бригада шахтостроителей - стволовиков из Краснодона во главе с бригадиром, который потом станет героем соцтруда. Его с того времени пихали полным ходом под это звание и отдавали ему приоритет и привелегии. В том числе и при строительстве стволов.

А подземелье ствола на Сборной было весьма интересным и специфичеким. И специфика потом очень сильно аукнется. Но потом. и тогда об этом никто не думал. Сразу же, на глубине ниже техотхода в тридцать метров, пошел песок. Но не такой, как в детской песочнице, а очень плотный. Такой песок разрабатывали в карьере возле Георгиевки. Его пиляли на блоки ракушечники. И ракушечник пользовался популярностью у населения и местных колхозов. Из него с удовольствием строили дома  и коровники.

Каждое звено успевало пробурить и отпалить забой. Бурили пневмосверлами, пчелками, как их называли. Бурили на два метра и проходка шла бодро. Бетон для опалубки шел более - менее нормально. А потом пришло время Луганской №1. В данном случае дело не совсем в передовой бригаде и в бригадире потенциальном герое. Дело в том, что  в Луганске, который считался второй столицей Донбасса, не было ни одной шахты. В отличии от Донецка, который родился и жил на шахтах. И вот этот фактор, амбиции луганских руководителей и бригадир орденоносец и сыграло злую шутку с будущей шахтой на Сборной.

Бетон для Ствола на сборной возили с промплощадки Луганской и наступили такие времена, когда бетон шел на Сборную по остаточному принципу. Весь бетон шел на Луганскую. И начались такие времена, когда четыре метра опалубки могли заливать и неделю и две. Но порода не терпит пустоты. За пару недель она начинала размокать и отслаиваться. И может быть сейчас бетон ее слегка закрепил, но потом этот фактор мог проявить себя с негативной стороны.  И сама проходка ствола на Сорной превратилась в очередной штрафбат. Туда отправляли весь отстой с управления. Что не придавало дополнительной крепости будущему стволу.

Ствол должны были пройти на глубину восемьсот метров. Его прошли, но с такими вот выкрутасами. И уже ближе к самому низу, пошел глинистый сланец. А глинистый сланец повторяет все негативное обычной глины. Под воздействием воды она разбухает, увеличивается в обьеме. При таком бетонировании этот сланец успешно намокал и разбухал. Потом ствол прошли и  начали его заполнять металлоконструкциями. Благополучно смонтировали там все и отдали ствол под монтаж копра и строительство подьемной машины. Все это построили. Но шахта Белореченская еще не готова была работать на пятисотом горизонте. Она до него не дошла. Ствол до отметки пятьсот метров затопили. Триста метров ствола. И в один прекрасный момент он начал сыпаться. Сначала потихоньку, мелкими кусками бетона и породы. Потом пошел процесс полным ходом. Падали такие куски, что содрогался весь ствол и копер. Завалило двести метров ствола. И процесс этот продолжался.

Надо было срочно ремонтировать ствол .Но надо было сначала откачать триста метров воды. Ремонт ствола поручили нашей братве. Когда откачали воду, там было все завалено кусками бетона. Что там было под ними, никто не знал. Бурили опережающие скважины, надеясь где то нащупать пустоту, определить глубину разрушения. Но было не совсем понятно. Работали как клоуны в цирке. Сверху шло несколько канатов с лебедок. Каждый проходчик карабином пояса был пристегнут к отдельному канату. Что бы если что, остаться висеть хоть на канате. Призрачная надежда. Если бы бетон посунулся вниз, утянул бы всех.

Я там был раз, заходил в копер, но в ствол меня естественно не пустили. Но мне хватило картины и в стволе. Оптимизма на лицах своих коллег я не увидел.

Ствол благополучно восстановили. Бригадир проходчиков ствола на Луганской таки получил Героя, шахта Луганская загудела и начала давать уголь. Только от ствола на Сборной осадочек остался. Очень плохое послевкусие. И техотход второго ствола, который плавно дожил до перестройки и перешел по наследству к Украине. Но приключилась руина, рухнул шахтострой и вопрос нового второго ствола отпал сам собой.

Время не стояло на месте. Белореченская благополучно сьела все запасы в пределах своего шахтного поля и что бы шахта не останавливалась, ей прирезали кусочек из стратегических запасов  Кусочек скромный, там пласт угля всего был высотой метр шестьдесят сантиметров.  Большинство краснолучских антрацитовых шахт разрабатывал пласты антрацита мощностью максимум один метр. Ну это так, для сравнения.

Когда они стали работать по этому пласту, в работе на Белореченской была только одна лава. Им этого хватало. Шахта давала с этого пласта тысячу тонн угля в сутки. Деньги за уголь уходили и расходились и иногда их не было на то, что бы подготовить новую лаву и шахту эту иногда лихорадило.

Иногда она была даже на грани остановки.  На это было несколько причин. И одна из них - обычная зависть. Они юзали мощнейший пласт по меркам Донбасса и другим доступа до него не было. Как то заходились строить новую шахту с расчетом на этот пласт. Стволы планировали заложить прямо в черте поселка Веселая Тарасовка, рядом с Луганском. Начали завозить оборудование. Почти построили админздание времянку для проходчиков. Наше управление начало уже собирать бригаду под этот ствол и новую шахту. Но дело это оказалось по тем временам и тому государству неподьемным. И все благие намерения благополучно канули в лету.

Ситуация на Белореченке резко изменилась, когда туда пришло частное предприятие Валентин Инвест. Это наверное исключительный случай в истории Украины, когда в адрес этого частного предприятия нельзя было сказать плохих слов. Запустили вторую лаву, начали готовить к запуску и третью лаву. Собрались достраивать второй ствол, но уже за деньги шахты. Стаскивали со всего Донбасса специфическое оборудование для проходки ствола. Я уже был на пенсии, но меня постоянно теребили на предмет устройства на работу, на строительство нового ствола. Но случилось непредвиденное. Шахту эту у Валентина Инвеста отжало обьединение Луганскуголь. Отжало наглым образом, путем рейдерского захвата с черными человечиками.  В то время директором этой шахты стал бывший директор из Павлоградугля, у которого я проработал десять лет и я был очень в курсе, что там и  как там все это происходило.

Я несколько раз писал, почему это произошло.  Славное руководство Луганскугля докерувалось до того, что у него не осталось прибыльных шахт. Все были дотационные. И остро встал вопрос о его компетенции. И благополучии. А тут, под носом, прибыльная шахта, суперприбыльная и с большой перспективой и много средств вложено в нее. И Янык у власти и эра беспредела от партии регионов.

Вопрос строительства второго ствола отпал в очередной раз. Надеюсь  и в последний. Большинство оборудования для проходки ствола ушло туркам на гвозди.  И уже не осталось тех, кто смог бы хоть показать и рассказать молодым, как строить стволы, не говоря уже о работе в забое.

И стратегические запасы, как в поговорке - висит груша, но нельзя скушать.

А Мария и Михаил? А это потом. Это старые шахты так звали. Ну и еще тещу мою так звали, Мария, а меня Михаилом кличут до сих пор.




Subscribe

  • Давыдо Никольское.

    Все никак не собирусь дописать последнюю главу своего предпоследнего путешествия. Главу про село Никольское, которое раскинулось у подножия…

  • Северо Гундоровский.

    Очередной шахтерский поселок, рядом с закрывшейся шахтой Победа. Очередной поселок застывший в прошлом. Закрылась шахта и жизнь жителей Северо…

  • Большой Суходол.

    Следующим селом у меня на пути оказалось село Большой Суходол. На этом селе (именно "на", а не "в", на его истории) я…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments