mikul_a (mikul_a) wrote,
mikul_a
mikul_a

Categories:

Колонизация Новороссии и Дикого Поля и политическая обстановка в Европе в то время.

Считается, что сербы приняли предложение царского правительства для переезда на новую родину и службу в то время, в силу невыносимой обстановки жизни в пределах Габсбургской империи.  И решение это было в большей степени принято под влиянием антиправославного гнета. После переезда и обретения новой родины, все сербские офицеры до единого выслужились до высших офицерских чинов и получили в награду большие имения в личную пользу и дворянское звание и пополнили списки российской элиты. Это общепринятая версия,  сомнение и некоторый пересмотр этого положения предпринимали считаные единицы историков. Да и то, публичного освещения они не получили.

Есть один интересный момент сотрудничества Российской и Габсбургской империй

"В январе 1747 г. российский посол в Вене Л. Ланчинский впервые был приглашен на смотр граничарских полков, проходящих через Вену на войну в Нидерланды. В реляциях царице Елизавете Петровне он делится своими впечатлениями об увиденном:

“Баталион состоял в 870 человек крупнаго народа. В том же числе гренадерская компания, которая, как я сщел, была в 95 человеках. Кашкеты (фуражки. - Ю.К.) имели кожаныя черныя, с золоченными орлами, с черным же пером. Все люди в изрядном мундире далматинском фасоном”.

“Народ от большой части вельми крупен и силен, - писал далее Ланчинский. - Мундир лазоровый да епанчи красныя, добрыя и обоюдное оружие изрядно ж”. Пригласивший посла на смотр фельдмаршал Саксен - Гильдбургхаузен о граничарах был самого высокого мнения: “Нацию вельми хвалил, особливо в том, что с самого начала его команды ни один человек к неприятелю не дезертировал, хотя-де которыя и отлучились, то в домы и деревни свои пришли, не пропали. Народ-де здоровый и марширует скоро”


Вот это приглашение на смотр граничар очень смахивает на презентацию некоторого товара перед продажей. Точно так выкладывают некий красивый товар на самое видное место на прилавке, что бы покупатель насладился его красотой. Но австрийцы опытные торговцы Пока Ланчинский любовался лихим видом показательных граничар, ему подсунули товар не самой высшей пробы. Точно так же как опытный продавец, пользуясь восторгом покупателя, из под прилавка набивает его сумку товаром не первой свежести.

Почему это было что то наподобие презентации перед торгом, будет понятно несколько ниже.

Как я писал вчера, те сербы, которые перешли на службу Российской империи, в Австрийской империи служили граничарами. Это войска специального назначения, которые охраняли границу.

Колонизация Новороссии и Дикого поля проходила начиная от 1750 года по 1760 год.  Но переезду сербов предваряли переговоры, договоры, сам переезд и обустройство на новом месте. И можно предположить, что сам процесс начинался именно в то время, время показа, 1747 год.

Россия к тому времени уже в течении века осуществляла движение на юг, в сторону Черного моря и австрийцы ревностно следили за этим. У них самих была схожая ситуация на востоке и юге. На пограничье с османской империей Скорее всего это именно они посоветовали  полугражданские специализированные подразделения использовать как временное прикрытие границы перед окончательным присоединением таких территорий. Конечно это для России было не ново. Движение на юг продолжалось к тому времени сто лет. Была построена линия крепостей, созданы слобожанские казачьи полки. Но именно укрепление границы без возведения крупных крепостей, а с помощью военизированных поселений впервые применили Австрийцы.

Ситуация с переездом сербов так же еще интересна в другом плане .В плане войны, которую вела в то время империя Габсбургов в момент смены главы габсбургского престола

"Война́ за австри́йское насле́дство (1740—1748) — длительный военный конфликт, вызванный попыткой ряда европейских держав оспорить завещание австрийского императора Карла VI и расчленить значительные владения дома Габсбургов в Европе

После смерти императора Карла VI 20 октября 1740 года его старшая дочь, Мария Терезия (бывшая в супружестве с герцогом Стефаном Лотарингским), права которой на престол были признаны европейскими державами ещё при жизни Карла VI, вступила, согласно постановлению Прагматической санкции, во владение всеми землями австрийской монархии. Однако, тотчас же после смерти императора, все претенденты (король испанский Филипп V, курфюрст баварский Карл-Альбрехт, курфюрст саксонский и король польский Август III и король сардинский Карл Эммануил III) возобновили свои притязания на австрийские земли, а одновременно с тем заявлены были и разные другие притязания.

В ноябре 1740 года Фридрих мобилизовал около 25 тысяч человек, разделённых на два корпуса: I-й под командованием фельдмаршала Шверина (19 тысяч) для действий в открытом поле, II-й — наследного принца Ангальт-Дессау, для осады крепости Глогау.

16 декабря прусская армия перешла границу. Вследствие крайней слабости австрийских войск в Силезии, к концу января 1741 года весь край почти без сопротивления был занят пруссаками, за исключением крепостей Глогау, Бриг и Нейссе. Командующий австрийскими силами фельдмаршал-лейтенант Броун отступил в Моравию

1741 год В конце июля французско-баварская армия начала военные действия, производя марш-манёвры в стиле кабинетных войн, избегая решительного столкновения. Курфюрст Карл Альбрехт во главе своего войска и французского вспомогательного корпуса под предводительством маршала Бель-Иля вторгся в Верхнюю Австрию, где жители Линца присягнули ему как эрцгерцогу.

Фридрих использовал затишье для исправления недостатков в обучении своей армии. 10 августа был взят пруссаками Бреславль

Разрастание конфликта 1741—1742 годы

В ноябре 1741 года испанские войска герцога Монтемар вступили в Миланское герцогство, таким образом война началась и на итальянском театре. Испанско-неаполитанское войско напало на австрийские владения в Италии (Ломбардия, Парма, Пьяченца и Гуасталла).

Оказавшись в таких стеснённых обстоятельствах, Мария-Терезия искала спасения у венгров, которые на Пресбургском сейме 11 сентября 1741 года заручились от неё значительными гарантиями их самостоятельности и за эту уступку предложили ей существенное содействие.

Выход из войны Пруссии, 1742 год
7 мая принц Лотарингский прибыл в город Зоор (Соор), где узнал о нахождении пруссаков (28 тысяч) в окрестностях Часлау и Хрудима. Фридрих, узнав о приближении австрийцев, двинулся им навстречу, и 17 мая произошло сражение у Часлау, в котором прусский король одержал новую победу. Тогда Мария-Терезия по совету Англии решилась заключить с Пруссией Бреславльский мир (11 июня 1742 года), по которому Верхняя и Нижняя Силезия и графство Глац отошли к Пруссии

Действия в Италии, 1742—1743 годы
В Италии счастье тоже склонилось на сторону Марии-Терезии. Король сардинский Карл Эммануил сначала заключил союз с Францией, надеясь получить герцогство Миланское, однако видя желание Франции передать эту территорию Испании, он, удовольствовался английскими деньгами и уступкой австрийской территории в Ломбардии. Получив графство Ангиери, значительную часть княжества Павии, и владения Бобио и Пьяченцу, Сардинское королевство встало на сторону австрийцев (Туринский договор 1742 года). Объединённая австрийско-сардинская армия вытеснила Монтемара из графства Моденского.

Вступление в войну Великобритании, 1743 год

Великобритания, не желавшая допускать усиления Франции, уже с самого начала войны выдавала Австрии денежные субсидии, а теперь решилась принять в этом году более деятельное участие в войне: во Фландрии была собрана 43-тысячная армия (так называемая Прагматическая) под командованием английского короля. Выставленная против неё французская армия маршала Ноаля была разбита 27 июня под Деттингеном и вынуждена отойти за Рейн, куда была оттеснена из Баварии и армия Брольи; последняя заключила 27 июня перемирие при Нидер-Шенфельде.

«Прагматическая армия» дошла до Вормса, после чего Сардиния и Саксония, подкупленные английскими деньгами, присоединились там к союзу с Австрией (13 сентября и 20 декабря 1743 года).

Дальнейшие успехи Австрии, 1744 год

В начале 1744 года весь правый берег Рейна был в руках австрийцев. Фридриху становилось ясным, что обладанию Силезией грозила опасность, надо было положить предел успехам Австрии. Он деятельно принялся за возобновление войны: 22 мая состоялась так называемая «Франкфуртская Уния» между императором, Баварией, Францией, Курпфальцем, Гессен-Касселем и Пруссией, имевшая целью «поддержание императора и целостности Германии», а 5 июня Пруссия заключила союз c Францией

23 августа 1744 года 70 тысяч пруссаков вступили без объявления войны в пределы Богемии. В Силезии Фридрихом оставлены были 18 тысяч, в пределах Пруссии, как заслон против Саксонии — 17 тысяч. 6 сентября была осаждена Прага, 16 сентября эта крепость сдалась (13 тысяч пленных, 130 орудий).

Неожиданное открытие Пруссией военных действий захватило Австрию совершенно врасплох: в пределах Богемии имелось лишь 15 тысяч, ближайшие подкрепления собирались в Венгрии, принц Карл Лотарингский находился за Рейном, рассчитывать можно было только на 20 тысяч саксонцев.

Заняв Прагу, Фридрих направился к городу Табор, с целью угрожать Нижней Австрии и отвлечь на себя армию принца Карла. В это время под Будвейсом собралось под командованием Трауна около 45 тысяч австрийских и венгерских войск, начавших действовать на коммуникациях Фридриха. Последнему пришлось отступить к границам Силезии.

В 1745 году во Фландрии 80-тысячная армия, под командованием французского короля и графа Морица Саксонского, осаждала крепость Турнэ (с 25 апреля по 19 июня). Двинувшиеся на помощь союзные силы (50 тысяч) под командованием фельдмаршала Кенигсэка были разбиты при Фонтенуа 11 мая. После падения Турнэ, в течение лета были взяты ещё крепости Уденар и Остенде.

Наиболее частые видоизменения военного счастья проявлялись в Италии.

В 1745 году тамошние австрийские владения попали под власть французов, и сардинский король очутился в таком тяжёлом положении, что едва ещё мог держаться в Пьемонте и Савойе. К тому же и Генуя стала на сторону врагов Австрии. Однако всё утраченное было скоро возвращено, когда по заключении Дрезденского мира Мария Терезия послала в Италию подкрепления.

В 1746 году в Италии успех был вновь на стороне австро-сардинцев: 7 марта сдался им город Асти, 16 июня взята Пьяченца, к осени французы и испанцы были совершенно вытеснены из Италии. Генуя была взята 6 сентября 1746 года, но уже 5 декабря народное восстание в Генуе (восстание Балиллы) заставило их уйти отсюда. Австрийцы и сардинцы проникли даже в Южную Францию, однако вскоре должны были уйти оттуда

В Италии военные действия носили характер нерешительный: австро-сардинцы безуспешно блокировали Геную (апрель — июнь 1747 года), а нападение французов на Пьемонт было отражено.

Успешнее французы действовали в Австрийских Нидерландах. В начале 1747 года обе стороны ограничивались во Фландрии маневрированием. 2 июля при Лаффельдте союзная армия понесла новое поражение, после чего отступила за реку Маас. 7 июля была начата осада крепости Берген-оп-Цоом, взятой штурмом 14 сентября.

Наконец и Россия стала на сторону Австрии (2 июня 1747 года), и русское вспомогательное войско двинулось через Германию к Рейну.
( Вспомним, когда русскому послу Ланчинскому устроили смотр граничарских полков. Январь 1747 года) Это заставило Францию искать мира.

Тем не менее, в апреле-мае 1748 года Французские войска под общим командованием Морица Саксонского в последние месяцы военной кампании в Нижних землях осадили и захватили голландскую пограничную крепость Маастрихт

В апреле 1748 года был открыт конгресс в Ахене, на котором 30 апреля (между Англией, Францией и Голландией) и 25 мая постановлены были прелиминарные условия, а 18 октября заключён окончательный мир.

Всюду был восстановлен тот же порядок владения землями, что существовал и до войны. Прагматическая санкция была положительным образом гарантирована. Австрия, помимо уступки Пруссии Силезии и Глаца, была вынуждена ещё уступить герцогства Парму, Пьяченцу и Гуасталлу инфанту дону Филиппу Испанскому, а Сардинии была уступлена часть Миланского герцогства. Голландия вышла из этой войны вновь страшно ослабленной вследствие целого ряда неудач на суше."


И на фоне всех войн и дележки земель -  наследства императора Карла VI, происходит еще одно интересное событие:

"В 1751 году к русскому послу в Вене с идеей переселить на юг России граничар пришел австрийский полковник, серб по национальности, Иван Самойлович Хорват. Собственно, подобный опыт уже был: в 1723 году в район Тора (ныне Славянск) уже переселяли полк сербов, не пожелавших стать подданными Венгрии. Русский посол передал пожелания императрице Елизавете Петровне, и та нашла эту идею превосходной, велев передать Ховарту, что Россия готова принять на свои земли всех переселенцев, какие только пожелают приехать. Более того, у императрицы родился план – постараться привлечь с Балкан и другие народы православного вероисповедания для усиления российских границ. Предполагалось, что когда сербы освоятся на русских землях, из их числа можно будет создать полки гусар и пандуров – хорошо вооруженных горцев, несущих службу по принципу казачества. Когда формальности были улажены, было получено согласие Вены на переселение подданных, в Сербию приехали вербовщики, фамилии которых, благодаря труду Е. В Беловой «Граничары Новой Сербии» сохранились: Воич, Перич и Текелия"

Казалось бы, постоянные войны за сохранение пределов Австрийской империи, войны с Османской Турцией, не позволяли разбрасывается воинскими подразделениями направо и налево. Может быть то количество сербов, которое собиралось переселится в Россию, было не так уж и большим, но в свое время граничары составляли значительную часть австрийской гвардии.

"Не поскупился на высокую оценку граничар и такой знаток сербов, как Ф. Таубе, который назвал Военную крайну “величайшей драгоценностью австрийского дома”. “Граничарские полки, - говорится в его “Описании”, - во время мира ничего не стоят, а во время войны могут настолько увеличиться, что составляют армию из 80 тысяч солдат. Жители тех областей - все прирожденные воины, имеют здоровое мускулистое тело, которому не страшны ратные невзгоды. Они и не любят ничего другого, кроме оружия, с которым знакомы с малых лет. А когда они приходят на службу в свой народный полк, через короткое время становятся искусными воинами, которые с радостью идут на поля сражений, без страха вступают в битву и так преданы своим знаменам, что дезертирство считается у них отвратительным пороком”.

Но в то время в Австрийской империи присутствовал еще и внутренний дестабилизирующий фактор. Сепаратизм мадьярских княжеских родов. Мимо которых прошли все эти войны, в которых они практически не принимали участие. Но требовали себе особых привилегий.

"...стремительное развитие венгерского национального движения  не предвещали ничего хорошего для невенгерских народов Королевства. Кризис монархии Габсбургов был выгоден венгерскому дворянству, ибо давал шанс на восстановление в полном объеме
прежней феодальной системы власти и своих привилегий. А это, в свою очередь, означало радикальное изменение общественно-политического статуса сербов, и прежде всего роспуск и инкорпорирование Военной границы.

Боеспособность граничарского войска не в последнюю очередь поддерживалась суровостью царивших в Военной границе законов и постановлений. Здесь сложилась особая судебная система, в которой широкие права отдавались воинским командирам, и свое уголовное законодательство. В военных крайнах вплоть до XIX в. применялись варварские пытки и другие жестокие наказания, немыслимые в гражданских провинциях империи. За мелкие преступления наказывали бичом или били палками (до 250 ударов); нарушение субординации каралось отрубанием руки; лжесвидетеля лишали двух пальцев, которыми он творил крестное знамение, принося присягу; уснувшего на посту или покинувшего пост ждала смертная казнь, участников тайных собраний вешали; шпионов и перебежчиков к неприятелю живьем сажали на кол, а их семьи изгоняли. Самых опасных преступников сжигали на костре или колесовали. Суровость наказаний австрийцы оправдывали природной дикостью сербов и необходимостью поддерживать строгую воинскую дисциплину.

Во второй половине XVIII в. происходит существенное сокращение размеров военных краин. Если при Карле VI граничары составляли более половины всего австрийского войска, то за время правления Марии Терезии их доля уменьшилась до одной пятой. Тому было несколько причин.

Во-первых, это произошло под давлением венгерских и хорватских сословий, для которых инкорпорация Военной границы являлась стратегической целью. Одним из первых требований венгров после воцарения Марии Терезии стал принятый Государственным собранием закон 1741 г. о роспуске большей части краин на территории Королевства. Специально созданная комиссия подготовила обширное обоснование этого предложения под названием “Примечания о реинкорпорации военных сербских поселений”. В нем, в частности, утверждалось, что сербские граничары бульшую часть времени “сидят дома без всякого дела”, в заграничных походах от них нет никакого прока, а с поля боя они “толпами убегают домой”. Привыкшие бездельничать граничары, по словам авторов документа, легко становятся разбойниками и в сговоре со своими священниками (!) грабят и облагают данью население. В качестве вывода предлагалось перевести сербов под гражданское управление, брать с них все налоги, а на собранные средства сформировать регулярные части для охраны границы с Турцией.

Не менее настойчиво добивались ликвидации граничарских округов хорватские власти. В обращении к императрице 1764 г. хорватские посланцы объясняли свое требование опасением, как бы “это чудовище (Военная граница. - Ю.К.), раскинувшееся от московских границ до Адриатического моря... со временем не поглотило и нашу католическую веру и наше хорватское государство”

Эти обращения в конце концов дали результат, прежде всего в отношении краин, расположенных на собственно венгерских землях, которые к тому же оказались на сотни километров удаленными от границ с Турцией.

В 1743-1750 гг. по решению верховной власти была ликвидирована Потисско-Поморишская военная граница, чья территория перешла под юрисдикцию жупанийских
(гражданской администрации) властей. Сообщивший об этом в Петербург посол М.П. Бестужев-Рюмин объяснял происшедшее происками мадьяров, которые давно уже “неусыпно старались” отомстить сербам за участие в подавлении их восстаний и для которых наступил наконец благоприятный момент: “... при настоящем владении венгерцы здесь поверхность в делах получили и при дворе паче всех подданных великой кредит имеют”. Смысл изменения положения граничар состоял в том, чтобы “поставить оных в ведение венгерского правления”, а ”военных же, обретавшихся в тако называемых по рекам моришких и тиских краях, редуцировать и зделать их венгерскими подданными”. Что же касается земельных владений сербов, их принуждали “выменять на камеральные (коморские. - Ю.К.) плохие”

При ликвидации Военной границы сербам был предоставлен выбор: становиться обыкновенными крестьянами, лишившись всех прежних привилегий, с перспективой оказаться под спахийской властью либо переселиться в Банат, на границу с Турцией, где планировалось создать новые граничарские поселения. Вот что сообщал по этому поводу Бестужев - Рюмин: “...означено, что когда крестьянами быть не хотят, то [1 сл. неразб.] из них учредить милицию в Банате, коим отведен будет дистрикт, как слышно, самый плохой, где по большей части болотныя и неплодоносныя места имеются; и в мирное время надлежит им платить еще свыше крестьянских податей, и к тому же придадутся оным для команды офицеры либо венгерцы или шокцы (католики. - Ю.К.), сиречь такие, которые из православных католиками зделались”. Несмотря на столь неблагоприятные условия, по сведениям посла, “пошли было на время в Темишварский Банат от здесь тысяч двухсот двадцати осми фамилей, а числом душ более десяти тысяч”. И все это свершается, заключает посол, “по интригам венгерским, чтоб оных сербов толь лехче в свое раболепство привесть, и сперва их зделать крестьянами, а потом принудить быть униатами и наконец шокцами”

Реакция сербов, которые очень гордились своим статусом “военной нации”, была очень острой. Симеон Пишчевич
(который, переехав в Российскую империю, дослужился до высокого офицерского чина и занял достойное место среди российской офицерской элиты) принимавший участие в работе ликвидационной комиссии, вспоминает в своих мемуарах, что после объявления сербам решения властей “в народе произошло было велики мятеж, потому что о касировании ландьмилициев и что оставаца в поданстве у венгров и преселятца и разорять свои домы, сочли себы за великую обыду и нарушение их привилегиев; однако напоследок, как нечим иным таково определение было можно переменить, то и осталысь на том”

Австрийская империя, кроме всего прочего, получала еще один дестабилизирующий внутренний фактор в лице возмущенных бывших сербских граничар.

Приняв решение о согласии на переселение в Россию бывших граничар, Австрия решала много задач. Россия в критическую минуту для австрийского престола, пришла на  помощь. Часть дестабилизируюшего фактора в лице граничар, исключался в связи с переездом в Россию. Укрепляя южную границу, у России развязывались руки для дальнейшего завоевания Северного Причерноморья и акватории Черного моря. Тем самым уменьшая возможности военных походов османских войск на земли Австрийской империи, которые были связанны войной с Россией .

А Россия, приняв к себе бывших граничар, получала искусных воинов, которые могли нести автономную службу подобно казакам. И в результате Россия смогла прирасти еще одним цветущим краем. Новороссией и Славяносербией.

А где здесь Украина? А ее нет. Древнейшую украинскую нацию сконструируют и изготовят в Австрийской империи только через сто пятьдесят лет

http://window.edu.ru/catalog/pdf2txt/582/22582/5915?p_page=8
https://russian7.ru/post/granichary-kak-ekaterina-ii-khotela-zashhit/



Tags: Донбасс, история, краеведение, наш край
Subscribe

  • Тотал Вор.

    "Это ужасная ситуация, я даже не хочу ее представлять. Я против этого. Будем надеяться, что это невозможно. Иначе будет большая война. Мы…

  • Дела текущие.

    Вчера многие украинские СМИ вышли с броскими заголовками. И вчера происходило очередное заседание контактной группы на котором, кроме многих…

  • Откровенное от Богемика.

    Этот текст Богемик написал в далеком уже 2014 году. Читается он, как будто написан вчера. И можно оценить то, что за прошедшие семь лет, текст этот…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments